По узкой аллейке походкой свободной

Общественный вождь на работу спешил,

В поношенной кепке, в одежде немодной

С румяным лицом, с коим радостно жил.

За линией чёткой виднелась высотка,

И вождь потихоньку убавил свой шаг.

Вождь:

- Ах, как хорошо здесь, природа - красотка!

Устал я от этих гудящих общаг.

Вонь, плесень, клопы, духота и чесотка,

И кашель мокротный с утра натощак.

Ах, как бы остаться на целую вечность,

Стать главным у диких, свободных зверей,

И нет суеты, одна лишь беспечность,

И нет из дубов массивных дверей.

Наш дяденька в кепке совсем замечтался

Да вот не заметил, как рядом возник

Вороний король. Среди птиц он считался

Солидный и авторитетный мужик.

Вороний король:

- Привет, уважаемый, вижу скучаешь?

А вид у тебя, словно сел на ежа.

Ну что ты молчишь и не отвечаешь?

Неужто не внять моего падежа?

Вождь:

- Да всё мне понятно, вот только кручина

Уже довела до белёсых волос.

Мне так опостылела эта личина,

Как будто я в бронзе отлитый колосс.

Политика, контра, декреты, атаки,

В печёнках сидит эта вся карусель,

Изжога такая, зудит даже в сраке,

И мозг как крахмальный безвкусный кисель.

Вот взять бы сейчас, да с тобой поменяться,

Ты будешь трибуном, я стану орлом.

Да хоть бы и вороном, что мне стрематься?

Мне так надоело ходить напролом!

Вороний король:

- Идея, конечно, могла бы сгодиться,

Да только ума у тебя ни на грош,

Тобой твой народ, может, будет гордиться,

Но нашему брату ты, братец, негож!

Ты очень проворен, и спорить не надо -

Ты можешь лопатой закидывать жар.

Но руки твои растут прям из зада,

А наши же крылья есть ангелов дар!

И слово моё - это влага живая,

И я не позволю себе просто так,

Благословенье на цацки меняя,

Тратить святое на вихри атак!

Вождь:

- Да знаю я вас, синекрылое братство,

На брошки вы падки, как цыганьё.

Эй, жрущие падаль, в чём ваше богатство?

В чём ваши доктрины, скажи, вороньё?

И стая слетелась, кружила высоко,

И каждый из стаи стрелою дождя

Бросался не глядя, на кепку жестоко,

В фаршню превращая глазницы вождя…

Минуло столетье, пришли перемены,

Высотки надстройками пообрастали,

И в них не вожди теперь, а бизнесмены,

Что лозунги в прошлом с трибун распевали!

Аллейка со временем стала бетонной,

Но ворон как прежде над нею кружит,

И ходят по ней люди чинно-просторно,

А время за ними беспечно бежит.

Один лишь вопрос остаётся открытым,

Но ты, брат, ответ на него не ищи,

Будь добрым и честным, а главное сытым,

А миром пусть правят слепые вожди!

.

Veniamin