О, нееееееееет. Как я ненавижу этот будильник. Он просто разрывает мою голову каждое утро. Бррррррррр… Ох как я его ненавижу.
Рухнув с дивана, доползла до телефона, лежащего на полу, выключила его. Минутку полежав, пристально смотря на телефон, решила переставить будильник еще на минут тридцать вперед. Обратно с удовольствием забралась под одеяло. Оказавшись в темноте, я все-таки не смогла больше заснуть. Ммммммммммм… жалобно простонала я. С недовольным лицом и ленью в движениях, я выползла из кровати.
- Ну что доволен?! – Бросила злой взгляд на телефон, такое ощущение он мог мне что-то ответить.
Это утро не чем не отличалось от других. Выйдя из комнаты, я сразу направилась умываться. Дойдя до ванны, я столкнулась с мамой.
- Ты сегодня работаешь? – поинтересовалась она.
- Да. – Равнодушно ответила я. Она сразу изменилась в выражение лица. Это её огорчило? Или ей просто нужна была сегодня моя помощь? Я задавала себе вопросы, пока умывалась. Хотя, ладно, это уже неважно.
Я уже давно не могу найти общего языка с мамой. Но на это было много причин. А может, виновата в этом только я? Не знаю. Но как бы там не было, ни она, ни я не делаем первые шаги к решению этой проблемы. Её напоминание о работе еще больше испортило мне утро.
«О Боже!» - подумала я, стоя напротив зеркала. Честно говоря, мне иногда жалко наше зеркало, оно так страдает когда вынуждено видеть лица моей семьи, особенно утром.
Нет, мне определенно надо хотя бы умыться и причесаться, а то с работы точно выгонят. Отказавшись от завтрака, я быстро оделась и чуть не бегом направилась к выходу. Но мама остановила меня своим вопросом:
- Ты дома во сколько будешь?
- Сразу после работы где-то в первом часу. – Я состроила гримасу. Мне порой надоедали одни и те же вопросы, на которые всегда были одни и те же ответы. Я была рада, что мама не смогла увидеть мое выражение моего лица, так как я все еще стояла к ней спиной. Я без проблем справилась с сапогами и быстро выскочила из дома.
На дворе стоял январь месяц – середина зимы. Брррррр… ненавижу этот гололед. Это «хорошая» добавка к такому «прекрасному» утру. Медленно и аккуратно я побрела на остановку.
День прошел быстро и незаметно, как это обычно бывает при большой нагрузке на работе. Но это лучше, чем долгие и мучительные будничные дни.
Я вошла тихо, пытаясь никого не разбудить, быстро нырнула в ванну. В очередной раз, пожалев зеркало, начала приводить себя в порядок перед сном. Я ненадолго застыла перед зеркалом и смотрела на жалкую девчонку, которая тоже разглядывала меня. Я бы могла так стоять долго, но мое тело уже меня не слушалось, и валилась с ног. Тяжело вздохнув, я опустила голову и зажмурила глаза.
- Мне уже не чего не поможет! – со злобой прошептала я сама себе.
Я на цыпочках пробралась в свою комнату и тут же рухнула на кровать. Было уже поздно, я сильно устала, именно из-за этого я сразу же и уснула. Я любила быстро и незаметно для себя засыпать, так как лежа в постели мне в головы лезли неприятные воспоминания и мысли. И это все не очень хорошо заканчивалось.
-Нееееееееееет! - закричала я от ужаса. Я быстро села на кровать и поджала коленки к себе. Обняв их руками, я уткнулась головой.
- Нет, нет. Это всего лишь сон, сон…..- пыталась я шепотом успокоить сама себя, – все хорошо это всего лишь сон, сон!
Я начала медленно покачиваться то вперед, то назад, но и это мне не помогло. И вот произошло то, чего я ожидала - слезы хлынули самопроизвольно. Я замерла, закрыла глаза, попыталась сосредоточиться, но ничего не помогло, порыв эмоций набирал оборот. Все сильней и сильней. Моя защита дала трещину, и я полностью оказалась во власти этого порыва. Я сразу почувствовала, как поток слез увеличился. Я порой не могу контролировать это явление, и это меня просто бесит. Я зажала себе рот подушкой. Вдруг неожиданно я прокричала с такой силой, что все тело от ужаса вздрогнуло. Я застыла. Притихла и стала прислушиваться, не разбудил ли мой крик маму и брата. Минутку переждав, я поняла, что они все так же спят свои крепким сном. Мне порой кажется, что если мимо них проедет танк, они все также будут спать.
Моя истерика все еще набирала обороты. Я попыталась блокировать то, что увидела во сне. Пыталась даже не вспоминать о чем сон. Я начала себя ругать.
- Тряпка, тряпка. – Грозно говорила я сама себе – Тряпка. Соберись. Ты сможешь. Ты сильная. Ты сможешь, я знаю.
Это самовнушение часто мне помогало. Да, к сожалению это было не единичный случай. На самом деле сегодня сорвался мой новый рекорд. Я уже целую неделю спала спокойно – без снов, слез и боли. Но это произошло опять.
Я медленно доползла до телефона, дрожащие руки с трудом могла нажать на кнопку. «Шикарно» - подумала я. Просто шикарно я поспала всего лишь час. Маленькая часть моего сознание еще надеялась на сон, и мне бы не пришлось завтра весь рабочий день сражаться с сонливостью. Но сама я понимала, что этот порыв всего лишь начало перед бурей. Обдумывая всё это, я быстро схватила плеер, одела наушники и нажала кнопку «воспроизвести». Я очень долго пыталась вслушиваться в слова, в мелодию, считать ритм, но ничего не помогло. Тогда я просто закрыла глаза, лежа на спине, а слезы лились рекой на подушку. И я сдалась, у меня больше не было сил бороться с воспоминаниями и они сами по себе начали мелькать у меня в голове…

«25 декабря 2004 года.
Остался последний учебный день в этом году. Обдумывая этот хороший факт, я одушевленно собиралась в школу. Я сделала себе небольшую укладку волос и пошла выбирать одежду. На этот вес процесс у меня ушло чуть больше часа, но, как говорится, красота требует жертв. В моем случае жертва - это время, затраченное мною. Одевшись, я попрощалась с мамой. К отцу я не стала заходить, так как он вчера был у друга на дне рождения, пришел поздно, да и к тому же чуть выпивший, чему я была очень не рада. Ему алкоголь был противопоказан, но он все время меня успокаивал: «От одной-двух рюмочек не чего не будет. Маша, не волнуйся, все будет хорошо».
Вся в эмоциях я быстро ушла в школу. На уроках было как всегда весело. Учителя на нас сильно не давили, так как оценки за полугодие выставлены, а работы все сданы. Они просто желали нам успешного будущего года, а некоторые рассказывали нам свои байки про их юные приключения.
Мы с подругами договорились после уроков сходить посидеть в нашем кофе. Туда мы добрались быстро. Сделав заказ, я со своими двумя подругами (Света и Аня) начала обсуждать празднования нового года.
- Маш, ты уже решила, где будешь отмечать? – с нетерпением услышать ответ спросила Света.
- Ммммм… Наверное, сначала с родителями дома, а потом пойду к друзьям. А ты решила?
- Точно с Августом, он такой милый. Август пригласил меня к себе домой, и я без всякого колебания согласилась, но потом мы пойдем к своим друзьям. Маш, а что ты ответила на предложение Сержа?
- Точно, Серж. Я сказала, что подумаю, но я уже определенно решила, что мы больше чем друзья никогда не будем.
- МАШ, ПОЧЕМУ?!! – начала ругать меня Саша.
- Ну, он не нравиться моему отцу, и я его понимаю.
- ЧТО?!! – завопила на все кафе Аня.
- Тихо, тихо. – Начала я их успокаивать, обернувшись, я поняла, что все внимание приковано к нашему столику. Мы сидели молча минут пять. Аня с недоумением и яростью смотрела на меня. Потом она начала медленно, но строго:
- Маша, ты вообще в своем уме сейчас? Где твоя свобода слова и выбора? Ты понимаешь, что нашим родителям всегда не нравятся наши молодые люди, особенно отцам? И для того что бы убедить нас, в том что они не подходят нам, они идут на все.
- Да ты помешанная….- не успела я договорить, как она опять продолжила.
- Маша, мы сейчас говорим о Серже, ты это понимаешь?
- Да и что с этого? – Я смотрела на неё, и не могла понять, к чему она клонит.
Саша и Аня вытаращили на меня глаза.
- Маш, ты случайно ночью головой не стукнулась? – С усмешкой спросила Саша.
- Я не понимаю о чем вы? – С еще большей раздражительностью я посмотрела на них. Мне казалась, что мы ведем речь о двух совершенно разных людях.
- Ну, ты даешь. – Усмехнулась Саша.
- Маша, хочу тебе напомнить, что Серж – это парень, о котором мечтает половина девчонок нашего города. Он из-за тебя, между прочим, отказал нашей Настеньке (она считалась местной красавицей). Она, между прочим, на тебя из-за этого зло держит. Так вот, возвращаясь к теме о Серже, хочу тебе кое- что тебе напомнить, у него еще никогда не было серьезных отношений, и ты первая кому он это предложил. Плюс ко всему ты безумно нравишься его родителям. Ах да, он хорошо обеспечен, имеет много связей. А друзья у него такие лапочки, они конечно не в какое сравнение с ним не идут, но тоже хороши.
От этих разговоров у меня наморщился лоб, конечно, я это все знала, но мне были безразличны и его внешность, и его деньги. Меня больше волновало его отношение к девушкам.
- В этом-то вся и проблема. – Злобно вскрикнула я. – Если он такой хороший, может, сама за ним приударишь, я не против, можешь не волноваться. – Кинула слова Ане в лицо с такой злобой, что меня от ужаса передернуло.
- Маш, не будь дуррой, я бы может и с удовольствием, если бы это была не ты. Ты знаешь меня, я у подруги парней не отбиваю.
- Он мне не парень!!! – Я яростно смотрела на Аню.
- Маш, остынь. Мы просто не понимаем, почему ты не говоришь ему да? – Попыталась успокоить меня Саша.
- Это ведь очевидно. – Нервно ответила я.
- Нет, мы не понимаем, объясни! – Настояла Аня.
- Хорошо. Вы когда-нибудь обращали свое внимание на тот факт, что до меня он менял себе подруг, как перчатки?
- Ииииии… - Аня нервно заныла - что с того? Он не мог найти себе подходящую половинку. А теперь вот нашел! – Убеждала меня Аня.
- Вы действительно так думаете? – Чуть с усмешкой спросила я, разочарованно смотря на них.
- ДА!! – Одновременно ответили они.
- Ну, теперь мне понятно, почему вы не можете понять меня!
- Что?! - Удивленно также вместе спросили они. – Говори понятней, а то мы запутались.
- Я вам сейчас все объясню, давайте только еще чайка закажем, а я что-то замерзла.
Мы позвали официантку и заказали чая и по пирожному. Мы недолго сидели в тишине.
- Маш, все говори, не надейся, мы не забудем. – Теперь я видела нетерпение в глазах у Саши.
- Хорошо. – Тяжело вздохнув, я продолжила. – Мне кажется, что я очередная пара перчаток, с одним исключением – не его. От этого он и заводится. Уверена, после того, как я соглашусь на его предложение, он вскоре потеряет интерес ко мне. Для него просто напросто очередная находка, только недоступная. А вы прекрасно знаете меня. Я девушка не легкомысленная и вы прекрасно знаете, что если у меня кто-то и будет, то это раз и навсегда. Я не любитель перебирать парней.
- Тогда ты считаешь нас девушками легкого поведения? – Яростно завопила Аня.
- Да нет же, конечно. Я не это хотела сказать. Аня извини. Просто я хотела сказать, что… мммм… Ань ну ты прекрасно знаешь меня. Я верю в прекрасную любовь – истинную любовь. Мне нужен только один, но это точно не Серж.
- Маша, мы живем в двадцать первом веке, приди в себя. Эпоха принцев на белых конях уже давно прошла. Такими темпами ты останешься старой девой!
- Мне всего пятнадцать, успокойся, ты много иронизируешь. Но мне лучше так чем по-другому. – Я пыталась поставить точку в разговоре на эту тему, но девчонки не как не успокаивались.
- Маша, ты точно больная. – Еще сильнее начала улыбаться Саша.
- Я уже все решила, так что не тратьте время зря, я не передумаю. Либо мы меняем тему, либо я еду домой, а то у меня там дел кучу, у меня даже еще елка не поставлена.
- Маш, так не честно, мы ведь переживаем за тебя, и нам очень интересно, и так как мы твои подруги ты должна нам все рассказать. – Самодовольно, но по-доброму улыбнулась мне Саша.
Для меня Саша была чем-то вроде успокоительного после разговоров с Аней.
Аня была красива как лицом, так и телом. Она всегда следила за своим внешним видом, и была каждый день на высоте. Аню больше интересовало парни и развлечение. Все свое свободное время она проводила на вечеринках. Саша же было полной противоположностью, она была красива от природы, и не требовалась никакая косметика. Она всегда выглядела скромно, но элегантно. Её естественной красоте многие завидовали. Я же была не рыба не мясо. Я могла спокойно ходить как в ночные клубы, так и на домашние посиделки. Делала я это только из-за того, что бы порадовать моих подруг, они очень сильно расстраивались, когда я не принимала их приглашения. На самом же деле мне нравилось больше всего одиночество. Я могла часами просто сидеть где-нибудь одной и размышлять о жизни, своих делах, друзьях, а иногда даже и помечтать удавалась.
Внешне я не когда не выделялась из толпы. Была просто обычной девчонкой. Я была чуть выше всех своих одногодок, и внешне выглядела старше года на два-три. Да порой я экспериментировала со свой внешностью, но я вызывала у людей только интерес, не более. У меня было много знакомых, а вот друзей единицы. Аню и Сашу я называю подругами, но они мне не так близки, как настоящие подруги.
От моих размышлений меня отвлекла шумная компания, которая только что вошла в кафе, но я её не увидела, так как сидела спиной к входной двери. Но меня это ничуть не интересовало.
- Маша, только веди себя спокойно. Хорошо? – Спешно обратилась ко мне Аня.
- Что? Ты о чем? – Удивленно я таращила на неё свои глаза.
- Сейчас к нашему столику направляется Серж вместе со своими друзьями, не сорвись на него, пожалуйста!!!! – Умоляюще простонала она – Мне просто очень нравиться его друг Женя.
Вдруг неожиданно, мы вместе расхохотались. И как-то разом было забыто все, о чем мы до этого спорили. Два парня сели рядом с девчонками на одном из двух диванов. Но Серж там не сел, он даже не сел на свободный диван напротив. Я почувствовала, что он стоит позади меня. Серж медленно наклонился и руками оперся на мое кресло. Я медленно повернула голову назад. Вдруг оказалось, что наши лица находятся в нескольких сантиметрах друг от друга. Это меня сильно смутило, я даже немного покраснела. Он прикусил нижнею губу, и мне на минутку показалась, что он желал в этот момент поцеловать меня. Но хорошо, что это не произошло.
- Привет девчонки! – поприветствовал он моих подруг, но так и не отрывал свой взгляд от моего лица.
- Привет! – его нежный голос скользнул вдоль моей шеи. – Как прошел день? Я по тебе очень сильно скучал. – Он произнес это так тихо, что некто кроме меня этого не услышал, и я была этому рада.
- Отлично! – развязно ответила я.
Он сел на свободный диван и потянул меня за руку к себе. Я села около него, и он слегка обнял меня. Я нехотя сидела с ним, но руку все-таки не стряхнула со своего плеча. Неожиданно я поймала на себе чей-то пристальный взгляд, я даже и не поняла, кто это был. Но потом выяснилось. Её глаза были наполнены злобой и ненавистью. Это была Настя. Только этого мне не хватала. Мне стало не по себе. Настя была старше меня. И её очень сильно злило, что такая как я, заинтересовала Сержа. Серж тоже был старше меня, но я не выглядела на свой возраст и многие считали меня постарше. И я понимала, что меня начинают втягивать в игру, в которой не хотела принимать участие.
- Мы можем поговорить наедине? – Перебила я их разговор, за которым совершенно не следила. Девчонки недоверчиво посмотрели на меня, а Серж наоборот воодушевился. Может он подумал, что я передумала? Или что я хотела побыть с ним наедине? В любом из вариантов он ошибался.
Мы сели на самый уединенный столик в зале. Я села специально спиной к залу. Мне не хотелось видеть Аню, Сашу и особенно проедающий взгляд Насти. Но эти взгляды я все равно чувствовала. Он сел рядом со мной, взял мою руку, и слегка сжал её ладонями. Большими пальцами водил по моей коже. Глаза его были опущены вниз. Мне было тяжело говорить, когда я не видела выражение его лица. Свободной рукой я приподняла его подбородок, и начала всматриваться в его глаза. Я даже не знаю, что я там пыталась найти.
- О чем ты хотела поговорить? - Мило улыбнулся он мне.
Мне стало плохо от того, что я так поступаю с ним. Но все, что было между нами, это было не правдой, и я не хочу потом страдать или делать ему больно. И надо с этим покончить пока все не зашло далеко. Встряхнув головой, ко мне вернулась моя решительность.
- Серж, я все еще не передумала. Так что, если тебе не трудно, перестань меня обнимать. – Я вырвала свою руку и отодвинулась от него на несколько сантиметров.
Он с ужасом посмотрел на меня, а потом опять опустил глаза в пол. Руки он сжал в кулак. Я в ужасе поняла, что ранила его чувство и попыталась это исправить. Я накрыла его руку, сжатую в кулак своей ладонью, и придвинулась к нему обратно.
- Прости, я не хотела сделать тебе больно. Просто я не хочу больше вводить в заблуждение других, делить тебя с другими. Я хочу, что бы все знали, что между нами только дружба. А то твои поклонницы меня уже достали.
- Что? Дружба? Какие поклонницы? Маша, я не собираюсь скрывать свои чувства.
На одно мгновения я подумала, что может мы и правда должны быть вместе. И мы могли бы быть счастливы. Но я знала умение парней говорить прекрасные слова. Они говорили лишь то, что мы хотели услышать. А потом они кидают и даже не задумываются о чувствах девушек. А послужной список Сержа не блистал джентльменскими поступками.
- Я не хочу, что бы ты так себя вел. Мне тяжело находиться рядом с тобой. – Я поняла, что задела его самолюбие, и из-за этого он разозлился еще больше.
- Это не тебе решать.
- Я не требую и не приказываю, я просто тебя прошу. Если ты не в силах держать свои эмоции под контролем, то нам придется прекратить наше общение. – Сделала я заключения.
- Нет! – Его глаза теперь наполнились яростью. Я от этого съежилась и слегка отодвинулась от него.
- Серж, попытайся меня понять. – Я старалась его успокоить.
- Я пытаюсь, но у меня не выходит. – Он говорил искренно, и на мгновение мне показалась, что ему действительно плохо. От этого я почувствовала себя злодеем в доброй сказке. Он вновь взял мою руку.
- Маша, ты мне дорога, и ты прекрасно знаешь, что я к тебе испытываю… - Тут его я перебила.
- Но я не могу тебе ответить тем же. Мне не хочется, что бы ты на что-то надеялся.
Он опять уставился в пол. По напряженным скулам я поняла, что он опять злиться.
- Не можешь или не хочешь? – Грубо спросил он меня, все еще смотря в пол.
- Не могу, я просто… - я не знала, как ему это объяснить.
- Маш, давай попробуем, если не получится, то разбежимся. Ты же знаешь, что для меня это тоже впервые.
Я уставилась на него бешеными глазами. Его идея меня вывела из себя.
- Ну все, с меня хватит. – Я со всей силой выдернула свою руку, подпрыгнула и направилась к подругам. Серж последовал за мной. Я быстро оделась и кинула деньги на стол.
- Всем пока, потом созвонимся. – Я сразу выбежала из кофе.
- Мань, погоди. – Я поняла, что вслед за мной выбежал Серж – Что я такого сказал? Я просто пытался…
- Стоп. Прекрати. – Я остановилась, но не обернулась. – Просто забудь меня и все.
И убежала без оглядки, больше не слыша и не видя Сержа. Убедившись, что меня больше некто не преследует, я остановилась. Мне захотелось плакать, я закрыло лицо ладонями, и пыталась глубоко дышать. Я чувствовала себя бездушным чудовищем, не знаю, сможет ли Серж простить мне это когда-нибудь, не знаю. Успокоившись, я направилась домой.
Перед тем, как войти в квартиру, я попыталась натянуть улыбку, но как всегда притворство мне не удалось. После этой попытки я приготовилась к маминым вопросом – «Что случилось? Как? Кто?» - и все тому подомное. Я не очень любила делиться своей личной жизнью, тем более с мамой.
Я не спеша вошла и началась снимать верхнюю одежду. Вдруг мое внимание привлек черный платок, который полностью закрывал зеркало. Что это? Я потянулась к платку, что бы его снять.
- Не трогай. – Послышался мамин голос, на удивление он был очень спокоен. В одной руке у неё был стакан с водой, а в другой, что-то очень маленькое. Я попыталась разглядеть, что она там держала, но так и не смогла.
- Пойдем, нам надо поговорить. – Я сняла второй последний ботинок и проследовала за ней на кухню. Пока я шла, то обратила внимание на запертую дверь в спальню. Я сильно этому удивилась, но ничего пока не спрашивала. Зайдя на кухню, увидела там мамину лучшую подругу. Я настороженно села за стол.
- Что происходит?
Мама положила передо мной две маленькие таблетки и поставила стакан с водой.
- Маша, выпей сначала таблетки. – Настояла она.
Я сразу выполнила её просьбу, так как мама редко о чем-либо просила. И если она просила, то это действительно было необходимо. Я сидела, неподвижна, приготовившись слушать, но вместо того, что бы мне все рассказать, мама стала суетиться и наводить порядок на кухне.
- Мам, что стряслось, выкладывай? – Подруга моей мамы сидела с опущенной головой. Мне стало не по себе от этой тишины, и у меня началась паника. Мама сразу заметила перемены в настроение.
- Маша, ты только успокойся, хорошо?
- Да в чем дело?
- Дело в том, что… что…
- Ну и?
- ОТЕЦ УМЕР. – У меня сжался живот, и потемнела в глаза.
Но сразу через минуту я пришла в себя.
- Что? - На удивление самой себя, я спросила очень спокойно.
- Маша, ты только… - мама даже не знала, что мне сказать. Я только сейчас заметила, что у нее заплаканные глаза.
- Может вы ошиблись. Вы хорошо проверили пульс? – Все ещё спокойно рассуждала я.
- Маша, это точно. – Она тяжело вздохнула. – Тело увезли уже в морг. 27 декабря прощание.
- Что? Какое еще прощание может быть похороны? – Я не понимала, о чем она говорит.
- Нет, Маша прощание. Я решила, что правильней его отправить в деревню и там похоронить. Его мать с отцом меня поддержали. Тем более они сами хотели бы его похоронить.
Я сидела неподвижно и до сих пор ничего не понимала. Было удивительно, что у меня не было истерики, и глаза даже не намокли.
- Сколько времени? – От неожиданного моего вопроса мама не сразу отреагировала.
- Половину четвертого.
- Мне пора на тренировку. – Я вскочила и побежала в свою комнату собирать вещи.
- Маша, все хорошо? – С каким-то тонким подозрением спросила мама, когда я уже направилась к выходу.
- Да, не волнуйся. – Успокаивала я её. – Все действительно в норме, мне просто нужно время все осмыслить.
Я выскочила на улицу и направилась к остановке, пытаясь не думать о том, что услышала дома. На тренировку я доехала без изменения в настроении. Сегодня был игровой день, то есть мне предстояла игра в баскетбол. Этому я была очень рада, мне нравилось играть в баскетбол, да плюс ко всему, когда играешь, очень сильно отвлекаешься.
Время пронеслось незаметно, и тренировка подошла к концу. Поболтав немного с девчонками, я отправилась в раздевалку. Пока я медленно переодевалась, меня вдруг охватил ужас. Я вспомнила разговор с мамой, все встало на свои места. Невероятная боль родилась у меня в груди, но больше всего меня пугала пустота, которую я ощутила. Это ощущение для меня было чем-то новым и невыносимым, это было полным опустошением. Я не знала, что это и не знала как это перебороть, но оно не проходило, а только нарастало.
Мне захотелось убежать, хотелось ни о чем не думать и ничего не чувствовать. Порой мы просто пытаемся убежать от всех проблем или от последствий своих действий, вот что сейчас творилась и у меня в голове. Я не хотела знать и признавать правды, которая была жестокой.
Когда я вышла на улицу, шел снег. Я подняла голову кверху, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Мне нравилось, как снег падал на мое лицо и таял. Немного постояв, я отправилась на остановку. К сожалению, снег не задерживался на земле и сразу таял, поэтому было очень мокро под ногами. И пока я дошла до остановки, то промочила все ноги. Ждать автобус мне долго не пришлось, но ноги порядком успели замерзнуть. Автобус оказался полупустым. Я нашла место, под которым была печка и устроилась там, прижав ноги к ней. Место оказалось около окошка, что мне очень понравилось. Я любила рассматривать прохожих и улицы нашего города. Я думала, что мне это поможет, и я не буду думать про дом, но это только ухудшило состояние.
На одной из остановок я увидела мужчину примерно метр девяносто, черные волосы, усы, в черной теплой зимней куртке, джинсах и в черных ботинках. Он так был похож на моего отца. И тут как пелена спала с глаз. Я, наконец, полностью осознала, что произошло. Сердце забилось в бешеном ритме от той мысли, что я его больше не увижу. Мой заботящий и любящий отец. ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ. Все тело парализовало, слезы хлынули рекой, слабость в руках не дала мне даже достать платок из сумки. В голове кружились вопросы, от которых порыв слез все усиливался и усиливался: «Почему он? Почему сейчас? За что? Зачем?». Но ответов не было и я не думаю, что когда-нибудь будет. Всю дорогу я пыталась вести себя незаметно, но люди все равно обращали свое внимание на меня. Выйдя из автобуса, я бегом направилась домой. Добежав до двери, я замерла и задала сама себе главный вопрос: «Смогу ли я пережить, если это окажется правдой?». И на этот вопрос у меня тоже не было ответа.
Я вытерла слезы и зашла в квартиру. Брата не было дома, а мама уже спала, у неё сегодня был тяжелый день. Не раздеваясь, я направилась к спальне родителей. Дверь была закрыта, но ключ был в замке. На некоторое время я замерла, пытаясь собраться с духом и открыть дверь. Медленно проворачивая ключ, я не спешила заходить в комнату, но мне это надо было сделать. Сделав большой вдох, я зашла в комнату. Там было все как всегда, кроме одного. Сознание охватил шок, тело рухнуло на колени и слезы покатились по щеке. В глазах потемнело, руки задрожали, все стало как в замедленной съемке. Я больше ничего не ощущала кроме боли в груди и пустоты души.
- ЕГО НЕТ… НЕТ…- сквозь слезы шептала я сама себе. Внутри умирала часть меня.
Я направилась в свою кровать. Тело упала на мягкую материю, я сняла куртку и ботинки и кинула их на пол. Лежа я вспомнила мамины слова – « 27 декабря прощание» - и от этой мысли мне стало еще хуже. Осталось всего два дня, и потом я в последний раз увижу отца.
Все два дня я не вставала из кровати. Я даже была не в состоянии раздеться, это за меня сделал мама. Время шло медленно, и это успокаивала меня ненадолго. Но прощание было неизбежно, и я должна была пройти через это.
27 декабря 2004 года.
Я не могла открыть глаза, они были полностью покрыты какой-то пленкой. Сделав пару усилий, мне все-таки удалось их открыть. На улице было пасмурно, поэтому в комнате было не слишком светло.
- Маша, нам пора собираться. – Заботливо погладила меня по голове мама.
Я ничего не ответила. По правде говоря, я больше вообще не разговаривала.
Сегодня мне предстоял тяжелый день, и я была действительно напугана. Я схватила первое, что попало под руки, и оделась. Мне пришлось умыться, так как все лицо было сжатое и сухое, но в тоже время опухшее.
До зала прощания мы добрались первыми, даже раньше, чем была запланирована церемония. Мне ужасно не хотелось туда идти, и объяснений этому не было или были, я даже не знаю. Просто я до сих пор в это не хотела верить. Мне хотелось верить, что он просто куда-то уехал. Но я должна. Я должна правильно проститься с ним, но сил это сделать уже почти не было.
Мы зашли в зал. Я смотрела в пол и не могла поднять глаза. Я стала бороться со своими страхами и предрассудками. Я должна была сделать это правильно, и другого варианта нет. Я медленно подняла глаза и увидела посередине зала гроб. Вот-вот и боль разорвет меня на куски в действительности.
Стоял гроб, а в нем был… Да там был он.
- Нет. Нет. – Я подбежала к нему, схватив руками себя за голову. – Нет. – Уже без всякой надежды повторила я.
Мама с братом не стали мне мешать и вышли из зала, оставляя меня наедине с ним.
Я пыталась запомнить каждую его морщинку и изгиб на лице, руки. Я легонько дотронулась до его руки, она была холодная и какая-то неестественная. Это ощущение возродило во мне панику.
- Я так много не успела тебе сказать и показать. – Я пыталась остановить слезы, но не получалось. – Почему ты ушел именно сейчас? Зачем? – И опять вопросы. – Мне так тяжело. Я хочу, что бы ты вернулся. – Я опустила голову и сделала глубокий вздох, достала платок и вытерла слезы. – Но ты не вернешься, верно? – Это было больше утверждение, чем вопрос. – Я надеюсь, о тебе там смогут позаботиться.
Я замолчала и собиралась с силами. Я хотела сказать ему то, что не успела сказать при жизни, и это было не так просто. Я чувствовала вину за недосказанные слова. Некоторые слова или поступки изменили бы весь ход событий. И кто знает, может быть, отец был бы сейчас жив, если бы у меня была храбрость и сила. Сделав глубокий вздох, и прижала свою руку к его руке.
- Пап, я всегда любила, люблю и буду любить тебя. Прости, что никогда не говорила тебе эти слова, у меня не хватало храбрости произнести это. Ты ведь знаешь, что я очень осторожно и требовательно отношусь к словам. Ты для меня всегда был лучшим, хотя порой я на тебя и злилась. – Я сделала еще один большой вздох. – Обещаю, я не когда тебя не забуду и буду лучшей, как ты того и хотел.
Я закрыла глаза и на мгновение вспомнила все самые дорогие мне моменты с отцом в моей жизни. Их было не так много, как мне этого хотелось. Как тяжело говорить прощай.
- Я буду сильной, я смогу. Я знаю, ты всегда будешь рядом, просто не так как обычно. Ты всегда будешь в моем сердце и всегда на первом месте. – Это было трудно. Я не знала до этого ничего больнее и мучительнее. – ПРОЩАЙ и знай, ты всегда в моем сердце и в моей памяти – НАВСЕГДА.
Я нежно поцеловала его в лоб и постаралась прийти в себя. Я понимала одно – я больше здесь не могу оставаться, и выбежала из зала.
- Маша, ты куда? – Услышала я догоняющий меня вопрос от мамы.
- Мне надо побыть одной! – Бросила я слова убегая прочь с того места.
- Но Маша… - Я уже не слышала никого, ничего, пустота окутало мое сознание, а боль завладела моей грудью навсегда».

Я помню все подробно, как будто это было сегодня или вчера. С того дня прошло четыре года и единственно, что я могу безошибочно вспомнить – это те два дня, все остальное оказалось как в тумане. Так же я хорошо помню, что обещала, и, к сожалению,
я оказалась не такой сильной, как думал отец. Порой мне кажется, что вся моя жизнь была неправильной после его смерти. Я совершила море ошибок, причинила много зла и горя, и за это много страдала, и продолжаю страдать. Я позволяла себе то, что нельзя, делала то, что запретно. Я сбилась с пути, на который больше не смогла вернуться или может, просто не захотела. Боль, причиненная мне в первый год после его смерти, до конца сломала, и опустошило меня, но я заслужила большего наказания. Я смерилась с этой болью и стала с ней существовать. Именно существовать, так как то, чем я явлюсь и то, как я себя веду, вряд ли можно назвать жизнью. Но внутри меня жила еще надежда и вера, именно поэтому я ещё была тут. Хоть это и было чем-то крошечным, но в тоже время это было всем.
Но я не рисковала больше. За последние два-три года, я стала меньше общаться с друзьями, перестала посещать мероприятия. Первый год на меня сильно повлиял и изменил. Я быстро повзрослела и вовремя взялась за ум. Я стала учиться, продолжала тренировки и устроилась на работу. Я пыталась как можно лучше забить свой день делами, что бы ни оставалось время на посиделки. Порой я даже думала о самих ужасных вариантах, это позволило бы мне сразу со всем покончить, но это не то, о чем мечтал отец, и это было не по силам мне. Да, я пыталась казаться сильной и храброй, но покончить жизнь самоубийством было слишком для меня, я еще до этого не доросла. Мне было трудно кого-то близко подпустить к себе и, в конце концов, я одичала. Я поняла, что еще одна потеря человека, будь это предательство или обман, мне не пережить. О худшем я вообще молчу. Есть два варианта, которые могут произойти. Первый: я стану жестокой и забуду все, что раньше ценила и любила, стану жесткой, холодной и мстительно. Но есть и второй вариант, он печальный, но лучше чем первый. Если бы кто-нибудь это услышал или узнал, то подумал, что я душевнобольная, но это не так, просто больно так, что терпеть уже просто невозможно. И у нас нет таких больниц, где бы вернули моё Я, мою душу – меня саму. Внутри я была избита и потерянна, а снаружи нетронута. Да, тело пусть и было порой покрыто царапинами и ушибами, но была другая рана, из-за которой я потихоньку угасала. Мое рыдание, воспоминание и мысли сбил будильник. «Пора на работу» - это меня порадовала, потому что мне надо было отвлечься или же эта истерика опять затянется надолго, а что еще хуже «родит» депрессию. Я живо вылезла из кровати и направилась в ванную. Сегодня я старалась не смотреть в зеркало, потому что мне было страшно от того, что я там могу увидеть. Полностью приведя себя в порядок, я вернулась в комнату. Собиралась я так же живо, такое ощущение, что недосып на мне совсем не сказывался. Ну, вот я была готова, моё любопытство и в тоже время страх заставил меня вернуться в ванную и посмотреть в зеркало. - Мда… Как всегда хуже некуда. – Мне, наверное, придется нанести кучу тонального крема, что бы замазать синяки под глазами. На самом деле мне было все равно, как я выгляжу, но моя работа требовала прилежного внешнего вида. Мой внешний вид говорил о статусе нашего заведение, и тем более я не хотела отпугивать всех посетителей, меня бы точно тогда уволили.  Достав из ванного шкафчика тональный крем, старательно стала замазывать синяки. К сожалению, опухшее лицо он не сможет замазать. Конечно не идеал, но к появлению на люди я была готова. - Теперь точно можно идти. – Сделала я повторное заключение. Выйдя из ванны, я опять наткнулась на маму. - Тебе сегодня на работу? – Опять этот идиотский вопрос (ну сколько можно?). - Да. – Я попыталась скрыть свое раздражение, и у меня это получилось лучше, чем обычно. Я работала в одном из центральных кофе. Я его так называю, потому что он располагался в центре города. Туда устроилась где-то полгода назад, по специальности – бармен. Эта работа мне очень нравилась тем, что когда много дел, а это очень часто тут бывает, ты не успеваешь ни о чем думать. Здесь я нахожусь как в другой жизни, тут ничего не напоминает о доме и о друзьях.  Добралась я на работу очень быстро, сегодня в городе не было пробок. Из обслуживающего персонала я была первой, хотя меня это не удивила, я всегда приезжала первой. Со всем персоналом я была в хороших отношениях, единственное, что мне не нравилось, это притворство. Не с их стороны, а с моей. Я всегда притворялась беззаботной девчонкой. Мне не хотелось всех посвящать в трудности моего существования. Такое притворство отнимало у меня много духовных сил, может именно поэтому у меня каждую ночь были срывы. Одна из причин, по которой мне приходилось работать и притворяться, это была мама. Мне хотелось хоть как-нибудь помогать ей, так как у нас с ней был нарушен духовный контакт и разговаривать у нас не получалось, то я помогала материально, хотя у меня это не очень хорошо и получалось. Я в основном всегда откладывала деньги на черный день. В кофе работали три Наташи: одна – администраторша, вторая – бухгалтерша и третья – шеф-повар. Они все очень хорошие и по-доброму относились ко мне, особенно повар. Я так же хорошо общалась с нашими официантами: Ваня, Игорь и Юля. Пока никого не было ну, кроме администратора, то я решила навести порядок в баре. На порядок у меня ушло чуть больше получаса, и за это время все официанты уже пришли. Я поздоровалась со всеми, и мы все отправились в мангалку. Это место было для курения, из нас курила Юля, Ваня и теперь я. Раньше я только баловалась, а теперь выходило постоянно. Это очень сильно отражалось как на моем здоровье, так и на спорте.  Курить я начала сразу после того как отсюда уволилась моя лучшая подруга, ну на тот момент я так считала. После увольнения в наших отношениях много чего изменилось. Я не могла с ней разговаривать, да как-то и не тянула. Я не могу этого объяснить, но её постоянно враждебное настроение отталкивало меня от неё. Порой бывали дни, что мы каждое утро начинали с ругани, но к обеду уже мерились. Но в этот раз все намного сложнее и наше молчание длится уже полмесяца. Это очень сильно ранило меня. Но я знаю, чье предательство не смогу пережить. Её зовут Маша, наши судьбы похожи, как и наши имена. Единственное различие это то, что она смогла смериться со смертью отца, и вовремя взяла себя в руки. Чего, к сожалению, мне не удалось сделать, но общение с Машей всегда подбадривало меня. Наши взгляды на мир во многом совпадали, и мы порой могли обсуждать что-то часами. Сегодня на работе все были взволнованы и суетливы. Мы принимали каких-то важных гостей. Я не знала, кого именно, так как не сильно этим интересовалась. Гости заказали столики в курящем зале, а я постоянно находилась в некурящих залах. И возможность с ними пересечься была мало вероятна. Пообедав, мы открыли заведение. И сегодня наши ожидания оправдались – народу было много. И большая часть из них были постоянными клиентами. Я уже привыкла к загруженности, и поэтому справлялась очень легко…

.

aprill-magnit